Страна ИИ, о которой вы никогда не слышали

Тала Аль-Джабри прилетела в Таджикистан на международную конференцию AICONF-2026. Основательница и управляющий партнёр Wyld VC — венчурной компании, запустившей фонд на $50 млн для инвестиций в ИИ-стартапы, — делится впечатлениями о поездке и рассказывает, какой увидела страну.

До знакомства с Азизджоном Азими, основателем zypl.ai, я почти ничего не знала о Таджикистане. Поэтому его приглашение в Душанбе на AICONF-2026 вызвало у меня живой интерес. Азизджон возглавляет Совет по искусственному интеллекту страны и проводит эту конференцию. Я сама, как венчурный инвестор Wyld, всегда советую искать возможности там, куда другие пока не заглядывают. Пришло время последовать собственному совету. Не поехать я не могла.

Первые впечатления настигли меня ещё до приезда в отель. После прямого рейса из Дубая — огромная толпа у аэропорта: люди что-то праздновали, хотя что именно, я так и не узнала. Затем — широкие, безукоризненно чистые бульвары и величественные белые здания, в которых скорее представляешь дворцы, чем государственные учреждения. И наконец — соборная мечеть, крупнейшая в Центральной Азии, способная вместить более ста тысяч верующих. Глядя на всё это, трудно было поверить, что находишься в стране бывшего Советского Союза. Передо мной была словно имперская столица — с амбициями под стать её облику.

Уезжая из Душанбе, я думала о том, как мало мы знаем об этой стране. За несколько дней я увидела достаточно, чтобы захотеть рассказать о ней гораздо более широкой аудитории.

Страна на пересечении культур

Таджикистан нередко воспринимают как страну, мало отличающуюся от соседнего Узбекистана. Между тем культурные корни у них разные. Узбекский язык относится к тюркским, а таджикский — одна из форм персидского. В языке, поэзии, гостеприимстве мне многое казалось удивительно родным.

При этом повсюду говорят по-русски, а следы советской эпохи заметны даже на магазинных вывесках. Здесь же — инфраструктура, построенная китайскими компаниями, инвесторы из Эмиратов, делегация из Кремниевой долины. В Таджикистане всё это сосуществует: персидское наследие, постсоветская повседневность и связи с самым разным миром за его пределами.

Таджикистан быстро наверстывает упущенное. И Европа уже от него зависит

Первое десятилетие независимости обернулось для страны тяжёлым испытанием: гражданская война 1992–1997 годов оставила после себя разруху. Сегодня в Таджикистане живут около 10,7 миллиона человек, а денежные переводы из-за рубежа по объёму сопоставимы с половиной ВВП.

Однако страна быстро растёт. В 2025 году рост экономики составил 8,4% — один из самых высоких показателей в регионе. Промышленность прибавляет двузначными темпами.

Таджикистан традиционно экспортирует золото, алюминий и хлопок. Но есть у него и менее известный стратегический ресурс — сурьма. Она нужна для производства полупроводников, солнечных панелей, аккумуляторов, огнезащитных составов и боеприпасов. По заявлению заместителя председателя Совета по искусственному интеллекту Масрура Назари, около половины поставок сурьмы в Европу приходится на Таджикистан.

И действительно, страна - второй по величине производитель сурьмы в мире: на неё приходится примерно четверть мирового производства. Для Евросоюза это крупнейший внешний поставщик. После того как Китай ограничил экспорт и практически ушёл с европейского рынка, значение этих поставок особенно возросло. А вместе с ним — и стратегический вес Таджикистана.

За горами - огромный энергетический потенциал

Горы занимают более 90% территории Таджикистана. Они же дают стране её главный источник электроэнергии: свыше 90% выработки уже обеспечивают ГЭС. После завершения строительства Рогунская плотина достигнет 335 метров и станет самой высокой в мире. Сама станция примерно удвоит установленные мощности электроэнергетики страны.

По запасам гидроэнергии Таджикистан занимает восьмое место в мире, причём освоена пока лишь малая их часть. Для развития ИИ нужно всё больше электричества, и доступ к нему уже становится одним из главных условий технологической гонки. То, чем Таджикистан богат от природы, может дать ему весомое преимущество в одной из важнейших отраслей будущего.

ИИ стал государственной ставкой

В 2022 году Таджикистан первым в Центральной Азии принял национальную стратегию развития искусственного интеллекта. К 2040 году деятельность, связанная с ИИ, должна обеспечивать 5% ВВП. За координацию этой работы отвечает Совет по искусственному интеллекту при Министерстве промышленности и новых технологий.

В Душанбе уже появились Area AI, которую называют первой в мире специальной экономической зоной для ИИ, вычислительный кластер H200 на гидроэнергии и национальный облачный центр, созданный совместно с Presight и zypl.ai. ООН также выбрала Душанбе для размещения регионального центра ИИ для Центральной Азии.

Молодая страна, открытая к партнёрству

Около 70% жителей Таджикистана ещё нет тридцати, а медианный возраст - примерно 23 года. При этом страна последовательно выстраивает отношения с разными центрами силы.

С разницей в несколько месяцев здесь принимают Владимира Путина и Си Цзиньпина и одновременно открывают первый в Центральной Азии инновационный ИИ-хаб при поддержке NVIDIA. В нём предусмотрена лаборатория физического ИИ для горнодобывающей отрасли и промышленности.

Cerebras изучала возможности использования мощностей дата-центров. На конференции были представители Armada. Судя по всему, получить доступ к графическим процессорам здесь может быть проще, чем принято думать.

Небольшая горная страна, во многом зависящая от денежных переводов из-за рубежа, рассчитывает найти своё место в мировой индустрии ИИ. Для этого у неё есть основания: недорогая гидроэнергия, критически важное минеральное сырьё и молодое население.

Риски, конечно, тоже есть. Зимой электричества по-прежнему не хватает. Но притягательность Таджикистана не исчерпывается инвестиционными возможностями. Она — в редком сочетании истории, людей и природных богатств. Столетия персидской цивилизации, традиции Центральной Азии и российское влияние сформировали страну, чьё культурное многообразие трудно передать несколькими определениями.

Достаточно отъехать немного к северу от Душанбе и оказаться в Варзобском ущелье, чтобы увидеть ещё одну сторону этого богатства. Река, скалы, горы - такой пейзаж впечатлял бы в любой части света.

Пока внимание мира приковано к искусственному интеллекту и привычным центрам силы, в Таджикистане разворачивается своя история. Угадать его будущее, возможно, сложнее, чем будущее признанных лидеров. Именно поэтому мне так интересно следить за тем, что будет дальше.